Герб Москвы Логотип сайта Московское Татарское Свободное Слово
Новости
Татароведение
Общество
Ссылки
Расписание молитв

i-mulla





Тәртип радиосы









Tatarmarket

Татарский переулок


ПИШИТЕ, ЯЗЫГЫЗ:

- содержание

- тех.вопросы

© Copyright,
2000-2021
МТСС, ФРМ-FMP


Татароведение

История

Гамэр

Гамэр Анварович Баутдинов,
журналист, профессор

ТАТАРСКАЯ НИЖЕГОРОДЧИНА


Полумесяц

Из далёкого прошлого

При обращении к истории заселения татарами Нижегородского края невольно вспоминаются древние времена и те миграции, которые совершали ранние тюркские племена, дальние предки современных татар, входившие в состав гуннского союза в начальные века первого тысячелетия. А распад в VI–VIII веках Великого, а затем Западного и Восточного тюркских каганатов, а позже государства Великая Булгария в Причерноморье, могли способствовать миграции некоторых племён на Нижегородчину.

В результате миграции тюрко-булгарских племён из Причерноморья в Среднее Поволжье возникла Волжская Булгария. Этот процесс растянулся на два-три века, но есть совершенно конкретная дата – 922 год, когда в Булгарию прибыло большое посольство из Багдада, от Аббасидского халифа ал-Муктадира. Об этом мы узнаём из путевой книги секретаря багдадского посольства Ахмада ибн Фадлана. Этот год считается датой официального принятия ислама в Волжской Булгарии, в государстве, традиции которого позднее были продолжены в Казанском ханстве. Связи булгар с некоторыми соседними княжествами проходили через нижегородские земли.

В древности по этим землям проходила часть Великого торгового пути, который связывал Среднюю Азию, Ближний и Средний Восток с Великим Новгородом и Скандинавией. Арабские, персидские, среднеазиатские купцы следовали с Юга на Север, а точнее по Волге и её притокам, в том числе по Оке, далее через Балтику до Скандинавии. Например, в Московском регионе, особенно в южной его части, были найдены арабские монеты-дирхемы, относящиеся ещё к VIII–IX векам.

Кипчаки

При этом следует вспомнить о кипчаках (половцах), в языке которых можно обнаружить множество элементов нынешнего мишарского наречия. Как известно, кипчаки занимали просторные земли как в азиатской, так и в европейской части современной территории Российской Федерации. Северной границей их распространения могла быть нынешняя Нижегородчина. В связи с этим встаёт вопрос о языке предков нынешних нижегородских татар. Лингвистам хорошо известно, что в мишарском диалекте татарского языка сохраняются древнетюркские элементы, что свидетельствует о непрерывности исторической традиции. Чтобы убедиться в этом, можно обратиться к известному «Словарю тюркских наречий» («Диван лугат ат-тюрк») Махмуда Кашгари, жившего и творившего в XI веке.

Нижний

Разные контакты должны были оставлять следы на Нижегородской земле. Так, согласно одной из версий, сам Нижний Новгород, основанный в 1221 году, назывался Ибрагимов городом, что говорит, несомненно, о присутствии в этих краях тюркоязычного населения. То же самое можно сказать о последующих событиях, в том числе о противостоянии Москвы и Улуса Джучи (Золотой Орды). Известно, что Улус Джучи не всегда отличался прочностью, и время от времени из его состава выделялись отдельные правители. В этой связи вспомним о полунезависимом Улусе Мохши (Наровчатское княжество). Власть его правителя Тагай-бека, выходца с Нижней Волги, простиралась вплоть до Пьяны и низовьев Суры.

Мохши

Для истории Нижегородчины особый интерес представляет появление в этих краях Секиз-бия. Это золотоордынский бек, бывший правитель города Азака (Азова), который бежал оттуда на север и осел («обрывся рвом и ту седе») в 1361 году в районе реки Пьяны, основав так называемую Грозную крепость. Позже, потеряв это владение, он оказался в Москве и перешёл на службу к великому князю Дмитрию Ивановичу (Донскому). От Секиз-бия идёт родословная известного рода Черкизовых, имевших более десяти владений в Москве и её окрестностях.

Археологам комплексной экспедиции Нижегородского университета имени Н.И. Лобачевского и Института истории имени Ш.Марджани АН РТ в ходе работ в Пильнинском и Сеченовском районах Нижегородской области в 2007–2009 гг. удалось установить следы этой Грозной крепости. Они обнаружили на левобережье р. Суры два ранее неизвестных крупных поселенческих центра, сложившихся в золотоордынский период – поселения Курмыш-4 и Мурзицы-1. Результаты этих исследований приводятся в работе Н.Н. Грибова и Ф.А. Ахметгалина «Западное порубежье Болгарского улуса Золотой Орды (по материалам левобережных памятников Нижнего Посурья)». И такой заголовок статьи говорит сам за себя.

Курмыш известен и тем, что после захвата Старого Нижнего Новгорода и битвы под Суздалем хан Улуг-Мухаммад привёз сюда пленённого великого московского князя Василия Васильевича, и здесь же проходили переговоры об условиях его освобождения. События, произошедшие в Курмыше ранней осенью 1445 г., имели очевидно, непосредственную связь с основанием Казанского и Касимовского ханств. А татарский богослов-историк Ризаэтдин Фахретдин считал Курмыш одним из возможных мест захоронения Улуг-Мухаммада, легендарного основателя Казанского ханства. Кстати, название Курмыша тоже идёт от тюрко-татарского языка, и это говорит о том, что среди его первых обитателей были также татары.

Что касается Мурзиц и окрестностей, то обнаруженное здесь древнее поселение «занимает возвышенный участок береговой террасы, примыкающий с юго-востока к широкому мысу при устье небольшой р. Киши, впадающей в р. Суру по левому берегу».

Авторы исследования по поводу Мурзиц отмечают, что здесь были найдены как осколки русской керамики и мордовской посуды, так и «краснолощёной высокого обжига посуды, изготовленной в гончарных мастерских Золотой Орды... При опросе местных жителей выяснилось, что на памятнике неоднократно находили медные монеты с изображением животных – вероятно, медные пулы городов Золотой Орды… Вероятно, средневековое поселение на территории современного с. Мурзицы перестало существовать в 1375 г… Под этой датой летопись сообщает: «Того же лета приидоша Татарове изъ Мамаевы Орды и взяша Кишь и огнемъ пожгоша…». Согласно местной устной традиции, современное село Мурзицы берёт начало от Грозной крепости, построенной неким Секиз беем. Рогожский летописец под 1366 годом упоминает выходца из Орды – Секиз бея, по рассказам местных старожилов, крепость располагалась на территории нынешнего хлебоприёмного пункта в центральной части современного села на берегу Суры».

Подводя итоги своей работы в Курмыше и Мурзицах, Н.Н. Грибов и Ф.А. Ахметгалин делают следующий вывод: «Результаты обследования двух выше описанных памятников наглядно свидетельствуют о том, что в посурских владениях нижегородских князей состав населения в целом имел смешанный характер... Вместе с тем среди местных насельников, вероятно, преобладали выходцы из поволжских земель Золотой Орды, выкупленные ордынские пленники, представители местных финноязычных народов… Материалы, полученные при первичном обследовании региона Нижнего Посурья, позволяют по-новому взглянуть на специфику освоения западного порубежья Болгарского улуса, которое являлось «местом встречи» людей различных религиозных убеждений и традиций. В XV–XVI вв. здесь появляются поселения служилых татар, и юго-восточные районы Нижегородской области становятся областью, где складывается одна из западных татарских групп – сергачские мишари».

Битва

Добавим, что Секиз-бия (Сикез бий) с этих земель изгнал эмир Мамай, а один из предполагаемых мамаевских союзников, хан Арабша (Араб-шах) вместе с мордовскими князьями в 1377 году учинил на Пьяне побоище застигнутым врасплох московским войскам.

Появление первых селений

Важным событием, так или иначе повлиявшим на судьбы нижегородских татар, явилось создание в середине XV века Касимовского ханства, ставшего как бы преемником Мещерского юрта Золотой Орды. В состав его территории, помимо столичного города Касимова, входили и те места (прежде всего, Кадом и Темников), которые были связаны с Нижегородчиной и позднее. К примеру, основание татарской деревни Рбишча (Рыбушкино) приписывается выходцам из деревни Аджа авылы (Азеево), входившей в состав Касимовского ханства.

Сафаджай

К середине того же XV века относится основание села Сафаджая (ныне официально Красная Горка). Согласно «Сафаджайским тетрадям» – мечетным записям, его первыми обитателями были выходцы из Ак-Мечети под Астраханью. Позже возникают деревни Ыргу (Урга), Пара или Кизем авыл (ныне Кузьминки) и Петряксы. С конца XVI века известны Камка (Камкино), Пица, Кучкай Пожары (Кочко-Пожарки), хотя там существовали, видимо, и более ранние тюркские поселения. Целая россыпь татарских деревень появляется в XVII веке. Это Актук (Актуково), Анды (Анда), Мытеравыл (Андреевка), Антяравыл (Антяровка), Базлау (Базлово), Грибан (Грибаново), Яндавища (Яндовище), Ишавыл (Ишеево), Кадамавыл (Кадомка), Карга, Суыкcу (Ключищи), Кызыл Яр (Красный Яр), Моклока (Татарское Маклаково), Медяна, Иске һәм Яңа Мучали (Мочалей), Куйcуы (Овечий Овраг), Пашат (Пошатово), Семоцки (Семёновка), Парча (Тукай), Ураз авылы (Уразовка), Чүмбәли (Чембилей), Шуб иле (Шубино), Өч күл (Трёхозёрки). Для изучения их истории очень важен такой источник, как «Писцовая книга татарским поместным землям Алатырского уезда 1624–1626 годов» (составители – В.Д. Кочетков и М.М. Акчурин). И в этом отношении уникальной является монография доктора исторических наук С.Б. Сенюткина (1951-2004) «История татар Нижегородского Поволжья с последней трети XVI до начала ХХ вв.».

Образование и более чем столетний период существования Казанского ханства тоже не могли не отразиться на процессах формирования татарского населения Нижегородчины, поскольку походы казанских и московских войск друг против друга проходили главным образом через этот регион. Правда, казанцы больше защищались, и у них не было завоевательных планов по отношению к Москве. Но кем бы ни совершался очередной поход, он неизбежно оставлял свой след на нижегородской земле, в том числе в этническом плане. Люди могли оставаться здесь по разным причинам: кто-то из-за полученных ран, а кто-то в надежде на лучшую жизнь.

Тогда, по всей вероятности, появилось селение, позже получившее название «Красный Остров». Его появление исследователи относят к середине XVI века – к временам казанских походов царя Ивана Грозного, которые оставили немалые следы на нижегородских землях. Во время последнего, четвёртого похода, завершившегося взятием Казани 2 октября 1552 года, царь со своей дружиной и сторожевым полком направился по маршруту Кашира–Коломна–Владимир–Муром–Арзамас. Общим местом сбора всего войска было Борончеево Городище на реке Сура. Во время похода войска останавливались на ночлег, и десятый стан располагался на берегу речки Медянки. Погода была тёплая, и, согласно легенде, Иван Грозный назвал место этого ночлега «Тёплым Станом» (нынешнее Сеченово – районный центр Нижегородской области). Народная молва гласит, что царь останавливался и в соседнем Ратове. Его воины добрались до Мурзиц и разрушили вышеназванную Грозную крепость, а Н.Н. Грибов и Ф.А. Ахметгалин отмечают: «В местном предании говорится о том, что в XVI в. жители крепости, не желая подчиниться власти московского царя, отчаянно сопротивлялись войску Ивана Грозного, совершавшему поход на Казань, и почти все были перебиты».

На первых порах служилые татары, на которых опиралась Москва, были сосредоточены в пределах Арзамасского уезда, образованного в 1584 году, а затем помещены царскими указами в новые вотчины, и долгое время, до 1780 года, оставались в составе Алатырского уезда. Тогда он был значительно сокращён как административная единица, а часть населённых пунктов через несколько лет оказалась в составе Нижегородской губернии, другая – в Симбирской. Ряд селений приписали к образованному Курмышскому уезду Симбирского наместничества, преобразованного в 1796 году в губернию. В составе этой губернии оказались существующие поныне сёла Актуково, Красный Остров, Медяна, Мочалей Старый и Новый, Петряксы, Рыбушкино Большой и Малый, Сафаджай и Чембилей.

Основным занятием жителей Алатырского уезда было скотоводство. Территории этого и соседних уездов представляли тогда лесостепную зону, в которой, наряду с большими лесными массивами, были и широкие просторы для выпаса скота. Местное население ещё не перешло к земледелию, а животноводство давало основной заработок.

Тут следует сделать существенную оговорку. Дело в том, что многие исследователи истории татарской Нижегородчины главное внимание уделяют служилым татарам. Это можно понять, поскольку в сохранившихся документах речь, главным образом, идёт именно о них. Конечно, они внесли большой вклад в основание татарских селений Нижегородчины. Их обязанность в качестве «царёвых слуг» состояла в том, чтобы нести военную службу, оборонять пограничные участки, засечные полосы, которые устраивались для защиты от набегов степных кочевников с юга и юго-востока, обслуживать транспортные артерии и, в случае необходимости, участвовать в войнах Русского государства.

типажи

Однако не стоит всё связывать лишь со служилыми татарами, поскольку это приведёт к игнорированию другой составляющей – неслужилых, «невёрстанных» татар. Ведь без них пришлось бы туго и служилым татарам. И вряд ли их служба проходила бы гладко, не будь у них надёжного тыла в полученных ими владениях и угодьях, наделах и «усадах». Кто-то должен был пасти скот, заботиться о лошадях, обрабатывать поля, выполнять другую необходимую работу, помогать семьям служилых, в том числе по воспитанию детей.

Говоря о датах основания нижегородских сёл и деревень, не следует искусственно суживать и их временные рамки, считая XVII век их исходной точкой. Поскольку в противном случае можно совершить большую методологическую ошибку, направив усилия наших нынешних и будущих исследователей только на изучение событий лишь последнего четырёхсотлетия. История не должна писаться по заказу и по принципу «от и до». К тому же нет недостатка в проводниках идей о «пришлых народах» или «диаспорах», которые совершенно неприемлемы для татар, в каких бы уголках огромной многонациональной России они ни проживали. В этой связи невольно вспоминаются строки из стихотворения «Не уйдём!» нашего великого поэта Габдуллы Тукая, который, в ответ на призывы черносотенцев переселиться татарам в Турцию, писал:

… Переселяться? Но сперва перенесите вы туда
Все наши прошлые века, селенья наши, города!
Здесь родились мы и росли, здесь смертный обретём покой.
Нам эту землю дал навек сам бог, могучий, всеблагой!...

Перевод В.Шефнера

Жизнь и быт

Крепость и силу любой мусульманской общины определяет умма – сообщество верующих, которые духовно и материально поддерживают своих единоверцев и свои мечети. Как правило, их возглавляет наиболее авторитетный и начитанный человек, имам, или, в просторечии, мулла. Однако можно не сомневаться, что эти татары, осевшие на нижегородских землях, были мусульманами. Одним из свидетельств этого является то, что при одобрении тех или иных документов, например, о наделении землёй, они клялись по шерти, на Священном Коране. Люди всё больше осознавали свою принадлежность к единой религии, к единому духовному началу. Возникла необходимость иметь какое-то общее духовное пространство, которым и стала мечеть.

Первые мечети на этих землях появились в XVIII веке, особенно во второй половине столетия. А их имамы становились известными людьми, и к некоторым из них, особенно образованным, приезжали люди из других селений. Одним из таких имамов являлся Садек-абзи Абдулжалилов из деревни Куйcуы, пожалуй, самый почитаемый нижегородскими татарами святой духовник (аулия) и целитель.

В связи с религиозным моментом следует вспомнить и о таком явлении, как христианизация иноверцев, то есть нерусских народов. Вскоре после падения Казанского ханства власти вместе с церковью начали проводить политику, направленную на обращение иноверцев в православие. Один за другим следовали соответствующие царские именные указы и другие распоряжения, а среди инородцев проводилась миссионерская деятельность. В первой половине XVIII века была создана Контора новокрещенских дел (Новокрещенская комиссия), которая действовала в Казанской и Нижегородской губерниях. Эта политика сопровождалась сильным экономическим давлением. Например, перед татарскими дворянами (мурзами) и другими зажиточными слоями возникала дилемма: принять православие, сохраняя, таким образом, свои земли и другие льготы, или же лишиться практически всего и перейти в разряд государственных крестьян. Так или иначе, часть татар оказалась в лоне православия и подверглась процессу ассимиляции, что привело к созданию целого ряда русско-татарских дворянских родов.

Императрица Екатерина Великая хорошо понимала всю несообразность религиозной ситуации в полиэтнической и многоконфессиональной стране, какой являлась Российская империя. В 1773 году была провозглашена веротерпимость, а через 15 лет в Уфе было учреждено Духовное управление мусульман, переведённое затем в Оренбург. Его официальное название – Оренбургское магометанское духовное собрание (ОМДС), во главе которого стоял муфтий. Вначале он назначался самим императором, как и мусульманские священнослужители, которые тоже утверждались на официальном уровне, откуда и пошло выражение «указной мулла». Учреждение ОМДС с удовлетворением было встречено российскими мусульманами, хотя становилось ясно, что эта структура давала властям возможность контролировать последователей ислама.

Между тем наши предки продолжали осваивать нижегородские земли. Ведь надо было кормить себя и свою семью, обеспечивать её будущее, трудясь в тех условиях, которые им предоставляли природа и власть. А Нижегородский край, особенно в его «татарском», юго-восточном углу, – это плодородная земля с чернозёмом, которая стимулирует людей к земледелию. Но первоначально там преобладало коневодство, обусловленное значительным влиянием служилых татар-всадников. Поскольку выращивание лошадей требовало постоянного ухода, то служилые татары, которых перебрасывали из одного района в другой, нанимали для этого местных работников из числа невёрстанных односельчан. Однако постепенно, по мере того, как служилых отправляли на новые рубежи для несения охраны на засечных полосах, земледелие стало занимать всё большее место в жизнедеятельности местных татар. В отличие от крепостных крестьян в соседних русских деревнях, татары входили в категорию поместных, а затем государственных крестьян, неся разнообразные феодальные повинности и, прежде всего, платя подать, оброк (имана, салым) за землю и плоды её обработки. При этом они считались лично свободными. Угодья под земледелие, которые выдавались в этих краях служилым татарам, переходили их семьям, если глава семьи отправлялся на службу, или же они доставались членам его семьи по наследству. Известно, что татарам, служилым и невёрстанным, выдавалось по 50 четей земли, то есть примерно по 25 гектаров. Тогда использовалась нехитрая система трёхпольного севооборота с чередованием зачастую пара, озимых и яровых культур.

В XIX веке татарская деревня на Нижегородчине значительно укрепилась. Росло население, улучшались условия жизни людей, в каждом селении было по несколько мечетей. А с отменой крепостного права татары, хотя они и не были крепостными, получили большие возможности, как и другие крестьяне страны, для занятий торговлей.

Нижегородские

Ярмарочная (слева) и Соборная мечети Нижнего Новгорода

Появились свои купцы, которые стали непременными участниками разных ярмарок и, прежде всего, Нижегородской. И уже в 1817 году, в первый сезон работы этой ярмарки, переведённой из Макарьева, была построена Ярмарочная мечеть. Она оставалась единственным мусульманским храмом в Нижнем Новгороде до 1915 года, когда в центре города была построена Соборная мечеть.

Век двадцатый

Однако рост населения и нарастающий земельный кризис толкал многих сельчан на вынужденную миграцию, особенно в города. Там стали образовываться татарские общины, и, например, нижегородские татары становились постепенно основой татарского населения Москвы. Особая страница в истории нижегородских татар – переселение ряда уроженцев некоторых татарских селений (большей частью, из Актука) в Финляндию, где они образовали крепкую общину, которая существует по сей день. Духовным главой этой общины является имам Рамиль Беляев, ведущий происхождение из потомственной семьи педагогов села Красная Горка. Другая известная династия педагогов из этого села – Хабибуллины, много сделавшие для распространения просвещения не только в Сафаджае, но и в других местах.

А тем временем нарастала общественно-политическая активность татар, вызванная нерешённостью ряда национальных проблем. После создания Государственной Думы Российской империи в ней была создана мусульманская фракция, состоявшая в основном из поволжских татар. Один из нижегородских татар, мулла Абдулла Нежметдинов из Красного Острова, в 1907 году был избран членом Госдумы 2-го созыва.

Татары, как и другие подданные Империи, тоже подлежали воинской повинности, и они, в том числе нижегородцы, принимали участие во всех военных действиях России. Так было и в годы Первой мировой войны, на фронтах которой многие погибли. Вернувшиеся домой нижегородские татары после 1917 года на первых порах поддержали новую власть, надеясь, что она поможет решению назревших проблем.

Но всё было не просто, и уже начались репрессии, которые не миновали и нижегородских татар. В деревне Семёновка в январе 1919 года местные жители выступили против злоупотреблений властей. Восстание подавили, и пострадали более пятидесяти человек. 13–15 января отряды чекистов без суда и следствия расстреляли десятки жителей татарских сёл Семёновка и Пошатово, выступивших против массовых реквизиций крестьянских хозяйств. Точное число расстрелянных неизвестно до сих пор. По оценкам разных исследователей, это не менее 53 человек, в их числе 7 священнослужителей – мулл и азанчы. Они были захоронены в братской могиле в урочище между этими сёлами. Жертвы трагедии 1919 года были причислены к страдальцам за веру, а их погребения стали местом религиозного поклонения. 19 июня 1999 года на братской могиле была установлена мраморная стела с именами погибших. Памятник создан на средства уроженца Семёновки Шамиля Сабитова, жителя Санкт-Петербурга. А 27 июля 2004 перед входом на кладбище был открыт мемориальный комплекс в память о расстрелянных, построенный на средства мецената Фаиза Гильманова (Медяна).

Семеновка

Ещё больший размах приобрели репрессии в 30-е годы, обусловленные на селе необходимостью, с одной стороны, вести «борьбу против кулаков», а с другой – против духовенства. Исследователи полагают, что жертвами антирелигиозной кампании стали более пятидесяти мулл и муэдзинов (азанчы). И не счесть числа сосланных и погибших крестьян, которые пытались воспротивиться произволу властей по вопросу о земле и собственности или же пострадали, будучи вовсе невинно осуждёнными.

Тем не менее, они оставались патриотами своей страны. Когда грянула война, развязанная гитлеровской Германией, тысячи нижегородских татар взялись за оружие, будучи призванными в армию или же пошли на фронт добровольцами. Война стала настоящим бедствием для всего нашего народа, и люди не только почувствовали это на себе, но и поняли, что надо всеми силами защищать Родину. Ибо теперь на карту была поставлена судьба всей страны, её граждан, их семей и детей.

Призванные в армию нижегородские татары сражались на разных фронтах – от обороны Москвы и защиты Ленинграда до крупнейших битв под Сталинградом и на Курской дуге, в боях на территории Украины, Белоруссии, Прибалтики. Они участвовали в освобождении балканских стран, Польши, Чехословакии и дошли до Берлина.

Не просто было и в тылу, где оставались в основном женщины, дети и старые люди. Работали, кто как мог. Управляли машинами, тракторами, комбайнами, осваивали другую сельскохозяйственную технику. Поднимали землю, пахали, сеяли и убирали хлеб. Помогали, как могли, фронту и раненым бойцам в госпиталях, собирали посылки с тёплыми вещами и продуктами. Молодёжь мобилизовали на заготовку дров, торфа, на земляные работы. Постоянные трудности повседневной жизни осложнились в 1943–1944 гг. голодом, поразившим татарские сёла и деревни Нижегородчины. Из-за неурожая людям пришлось прибегнуть к семенному фонду, а это ещё больше усугубило ситуацию.

Однако ничто не могло сравниться с тем горем, когда люди получали «похоронки», извещавшие их о смерти мужей, сыновей, братьев. По официальным данным Министерства обороны РФ, общие людские потери СССР – военнослужащих и гражданского населения – составили 26,6 миллиона человек, из которых безвозвратные военные потери – около 12 млн. Пострадали все без исключения регионы страны, каждый населённый пункт – город, посёлок, село, деревня. На военную службу в годы войны из Нижегородской (тогдашней Горьковской) области были призваны 884.505 человек (с учётом призывников, уже служивших к лету 1941 года). Более трети из этого числа погибло и составило 333.120 человек. Эти данные, а также вклад нижегородцев в Победу над врагом, приводятся в Нижегородской областной «Книге памяти» о погибших, умерших и пропавших без вести воинов в 1941–1945 гг. Она была издана в Нижнем Новгороде и состоит из 12-и томов. Её 8-й том содержит данные по шести сельским районам бывшей Горьковской области. Это Княгининский, Краснобаковский, Краснооктябрьский, Кстовский, Сокольский, а также Салганский районы. Но последнего района, существовавшего в 1936–1963 гг., ныне не существует, и в «Книге памяти» он включён в тот раздел, в котором значится Краснооктябрьский район. Поэтому перечисление татарских имён там чередуется с именами, в основном, русских жителей бывшего Салганского района. Центром района являлось село Салганы, с названием которого связано имя Салгана Цыкаева. Его точное этническое происхождение не известно, и он ли был основателем села.

Чембилей

Фамилии погибших на Великой Отечественной войне из д. Чембилей.

Что касается списка наших погибших земляков по Краснооктябрьскому району, то на 200-х страницах (с. 182–383) этого раздела перечислены имена тысяч людей, призванных на войну из всех сёл и деревень района. По поводу погибших в «Книге памяти…» отмечено: «Не всем довелось встретить долгожданный и радостный День Победы. Около восьми тысяч человек не вернулись с поля брани». Если брать соотношение между призывниками и погибшими, то по примеру области можно оценить эти показатели по Краснооктябрьскому району примерно как три к одному, то есть 25 тысяч призывников и 8 тысяч погибших. В этот список не вошли татары, призванные на фронт военкоматами Горького и других районов области, а также уроженцы Нижегородчины, которые жили в других местах страны и призывались в армию там.

Нетрудно предположить, что основная их масса служила в пехоте, поскольку эти люди происходили из сельского населения, занимались землёй, и только небольшая их часть была знакома с техникой. Конечно, были и исключения. Знакомясь с боевыми биографиями наших земляков, мы видим, что среди них были танкисты, артиллеристы, лётчики, а также сапёры и разведчики.

Многие фронтовики из нижегородских татар стали кавалерами разных боевых орденов и медалей, хотя высшей награды – звания Героя Советского Союза удостоился лишь один, Садык Абельханов (1915–1943), уроженец села Семёновка, сержант-артиллерист, который совершил героический подвиг при форсировании Днепра на Юго-Западном фронте. К званию Героя Советского Союза были представлены также красноостровцы Вагап Невретдинов, бравший Берлин на танке, и Абдулхай Ибрагимов (Шакиров), погибший за три недели до Победы. Однако их наградили другими орденами.

После войны

Ещё один Герой Советского Союза из нижегородских татар появился в 1981 году. Это командир атомной подводной лодки капитан первого ранга Абдулахат Аббасов (из села Новый Мочалей), получивший это звание за успешное выполнение боевого задания, а через два года он стал контр-адмиралом. Немало фронтовиков за героические подвиги было удостоено орденов Боевого Красного Знамени и Красной Звезды, а особо отличившиеся солдаты получали медаль «За отвагу», весьма ценимую среди воинов. Например, Аллям Айсин (1924-1989, Ключищи) стал кавалером ордена Славы всех трёх степеней. И теперь есть генералы из нижегородских татар. Это Садек Жамалов (Урга), Равиль Калимуллин (Актуково-Ключищи), Ахмед Нуреев (Чембилей), Мансур Хакимов (Красная Горка). с>

Наши Герои: Садык Абельханов, Абдулахат Аббасов, Ахмед Нуреев

Закончилась война, и население татарских сёл и деревень Нижегородчины вместе с вернувшимися домой фронтовиками взялись за восстановление хозяйства. Работая в колхозах и совхозах, они сумели поднять обескровленные сёла и деревни, добившись значительных успехов в сельскохозяйственном производстве и наладив собственный быт. Если люди того поколения не смогли, в силу разных обстоятельств, получить достойное образование, то их дети стали поступать уже в вузы и сделали в дальнейшем успешную карьеру в Москве, Петербурге, Нижнем Новгороде и других городах страны. Из их среды вышли инженеры, врачи, педагоги, юристы, музыканты и специалисты многих других направлений, а некоторые из них стали докторами наук и кавалерами разных наград, в том числе звания Герой Социалистического Труда и ордена Ленина (около двадцати человек). Героями Труда стали ткачиха Хава Бакеева (Петряксы, 1932-2003), работавшая на ткацкой фабрике в Твери, колхозник Наим Закиров (Петряксы, 1936-1999), председатель колхоза Шамиль Юсипов (Чембилей, 1932-2000).

Стоит перечислить тех татар, известность которых вышла далеко за пределы Нижегородчины. Это третий муфтий Оренбургского мусульманского духовного собрания Габдулвахид Сулейманов (1786-1862) из Б.Рыбушкина; известный просветитель, педагог и филолог Хусаин Фаизханов (1823-1866) из села Сафаджай и его брат Габдулгаллям Фаизханов (1850-1910); один из первых татарских экономистов, а также внук Х.Фаизханова военный адвокат Галиаскар Сыртланов (1875-1912), член III Государственной думы Российской империи. Помимо вышеупомянутого члена II Госдумы Абдуллы Нежметдинова (1866-1915), это его племянник писатель, педагог, поэт и переводчик Кави Наджми (1901-1957), первый лауреат Государственной (Сталинской) премии из татар, и его младший братРашид Нежметдинов (1912-1974), выдающийся мастер игры и тренер по шахматам и шашкам.

Из известных духовных лиц – это имам-хатибы Московской Соборной мечети Бадруддин Алимов (Куйcуы, первая половина XIX века – 1912), Абдулвадуд Фаттахетдинов (Красный Остров, 1882-1954), Ахметзян Мустафин (Шубино, 1902-1986), Ризаэтдин Басыров (Ключищи, 1907-1994), потомственные имамы Юнусовы: Мухаммад-Шакир и его сын Мухаммад-Зариф, из села Овечий Овраг, на протяжении нескольких десятилетий возглавлявшие 1-й мусульманский приход Петербурга, первые имамы Петербургской мечети Жалялетдин Нежметдинов (Пошатово, 1876-1919), Якуб Халиков (Ключищи, 1887-1950), Камалетдин Басыров (Ключищи, 1876-?), Самигулла Ахтямов (Красный Остров, 1868-?), Шахимардан Ильясов (Татарское Маклаково, 1888-1953) и потомственные имамы из рода Соколовых (Замил Самирхан, Садик бин Хусаин и его брат Мухаммад-Фатих), уроженцы села Пошатово, которые возглавляли Ярмарочную и Соборную мечети в Нижнем Новгороде, богослов и просветитель Хамидулла Альмушев (Петряксы, 1855-1929), а также имамы в ряде других городов.

ХусаинБыли и очень интересные случаи. Так, уроженец села Пица Хусаин Сеид-Бурхан (1877-1933), имам Тверской мечети, был назначен муллой Московского военного округа. И в этом качестве на Красной площади в Москве он принимал присягу солдат-мусульман, отправлявшихся на фронты Первой мировой войны. А позже выяснилось, что сам он происходил из рода касимовских царевичей.

Некоторые из нижегородских татар проявили себя на политическом поприще. Это Шаймардан Ибрагимов (Петряксы,1899-1957), занимавший важные посты в Москве, и его имя носит сейчас одна из московских улиц. Это также красноостровцы Халилулла Нуриев (1884-1938), Тажетдин Салахетдинов (1880-1953) и Халил Сулиманов (1905-1971), которые были активными деятелями советской власти на Нижегородчине, оставив добрую память о себе благодаря справедливому отношению к людям. Сулиманов к тому же дважды избирался депутатом Верховного Совета РСФСР (1938-1947). Депутатом Верховного Совета СССР была избрана вышеназванная Хава Бакеева. Депутатами Верховного Совета ТАССР избирались писатель Кави Наджми, Умяр Кантюков (Камкино), Рафек Фейсханов (Уразовка). Кантюков в 1938-1947 гг. являлся также наркомом (министром) просвещения Республики.

Говоря об общественно-политических делах, нельзя не упомянуть имён двух наших известных историков. Это профессор МГИМО Абдулхан (Абдулхай) Ахтамзян (Ключищи, 1930-2018) и Мансур Хафизов (Красный Остров, 1929/1930 – 2007), много сделавший для восстановления истории татарской Нижегородчины. В этой связи следует вспомнить и о тех местных краеведах, которые по крупицам собирают информацию о прошлом татарских сёл и деревень. Яркий пример тому – Алимжан Орлов (Камкино), занимающийся историей татарской Нижегородчины, или многолетняя и кропотливая работа Вафы Камалетдинова, который восстановил многие страницы из истории не только родного Сафаджая, но и соседних сёл Красного Острова и Петряксы.

ВагаповскийОтличаются нижегородские татары и их потомки и в музыкальном искусстве. Одним из первых на большой сцене выступил Осман Юсупов (1900-1978), сын имама Мухаммад-Зарифа, певший в Мариинском театре в Петербурге. Театральные традиции в Петербурге и Казани продолжали Кумысниковы (Медяна) – братья Абдурахман (1913-1985), многолетний солист балета и педагог-хореограф в Кировском театре, и Халит (1926-2018), педагог и режиссёр в Казанком оперном, а также его дочь Наиля (театральный художник). Весь татарский мир знает имена таких замечательных певцов, как Рашид Вагапов (Актук, 1908-1962) и Хайдар Бегичев (Чембилей, 1949-1998), которым 18 июля 2016 года был открыт памятник в селе Уразовка. Есть у нижегородцев и свои композиторы. Например, Саяр Хабибуллин (Ключищи), отметивший недавно своё 80-летие. Он, а также Наиля Фатехова (из семьи выходцев из села Ендовищи), Роза Хабибуллина (Чембилей), Ильдар Шигапов (Медяна) и другие уроженцы Нижегородчины регулярно выступают на концертах в Москве. А сколько замечательных гармонистов и баянистов дала нижегородская земля, начиная с прославленного баяниста Мухтара Ахмадеева (Кочко-Пожарки, 1925-1987), под музыкальный аккомпанемент которого выступали Рашид Вагапов, Зифа Басырова и другие замечательные исполнители. Традиции Ахмадеева продожили братья Курамшины: Рафаэль и Рамиль. Некоторые из нижегородских певцов и музыкантов получили почётные звания народных или заслуженных артистов РФ и РТ. Актёр Марат Башаров (Москва-Ключищи) – герой многочисленных фильмов и сериалов. Среди поэтов следует назвать Ахмета Беюсова (Андреевка) и Ахмета Саттара (1939-2018), уроженца села Кочко-Пожарки.

Памяти

Известно много нижегородских чемпионов по разным видам спорта. Это первый абсолютный чемпион России по боксу в 1915 году Нурмухаммед Алимов (1892–1964) по прозвищу «Кара-Малай», сын выходцев из села Петряксы, первый олимпийский чемпион по борьбе из татар Шазам Сафин (1932–1985) из Кочко-Пожарки, двукратный чемпион мира и Европы Фархат Мустафин (М.Рыбушкино), дочь которого Алия Мустафина неоднократно завоёвывала звание чемпионки Олимпийских игр, мира и Европы по спортивной гимнастике. Отличились нижегородцы и в новом виде спорта – борьбе на поясах, родившейся из татарского «куреша». В 2002 году – это первый чемпион мира в абсолютной весовой категории Ханнян Мусин (Б.Рыбушкино) и супертяжеловес Рамиль Нуриманов (Сафаджай), повторивший успех земляка два года спустя. Два нижегородца стали чемпионами по борьбе самбо. Это Заки Умяров, чемпион мира 1974 года и 3-кратный обладатель Кубка мира, и Раис Рахматуллин (Горький: Ишеево+Камкино), 8-кратный чемпион мира и 5-кратный обладатель Кубка мира.

Одним из прославленных фехтовальщиков был Умар Мавлиханов (Москва-Медяна, 1937–1999), многократный чемпион страны, мира и Олимпийских игр по фехтованию на саблях как в личном, так и в командном зачёте. Это также великий игрок и тренер по хоккею с шайбой, многократный чемпион Олимпийских игр и чемпионатов мира Зинатулла Билялетдинов (Москва-Пица), футболисты-чемпионы России Марат Измайлов (Москва: Семёновка+Медяна) и Динияр Билялетдинов (Москва: Красный Остров+Ключищи), обладатель Кубка России по мини-футболу Ренат Шакиров (Москва: Красный Остров+Медяна).

С Нижегородчиной связана спортивная семья Сафиных: Марат стал первой ракеткой мира в теннисе, его сестра Динара – была первой ракеткой мира в парном разряде, а также их мама-тренер Рауза Исланова родом из Рыбушкина (отец Мубин – из Трёхозёрок). Эльвира Хасанова (Москва-Пошатово) стала 3-кратной олимпийской чемпионкой в групповых упражнениях, 9-кратной чемпионкой мира и 6-кратной чемпионкой Европы в составе сборной страны по синхронному плаванию. Вместе с Хасановой в команде выступала ещё одна «нижегородка» по происхождению – Анися Ольхова, 5-кратная чемпионка мира и 3-кратная чемпионка Европы.

Халидэ

Далеко за пределами страны прославила своих земляков выдающаяся летчица Халидэ Макагонова (Чембилей), которая трижды становилась чемпиокой мира, дважды - чемпионкой Европы по высшему пилотажу. Сейчас она возглавляет Союз женщин лётных специальностей «Авиатриса», является генеральным секретарём Национального союза авиационных видов спорта, САВС, а также ответственным секретарём Федерации самолётного спорта России.

Более подробно о многих из перечисленных выше людях можно прочесть в биографическом словаре «Нижегородские татары», изданном в 2008 году Издательским домом «Медина» в Нижнем Новгороде, текст которого подготовил журналист Рифат Ибрагимов (Шубино, 1935-2017), ещё один известный исследователь татарской Нижегородчины. Сведения о людях духовного звания и об исламе в целом в регионе содержатся в другом издании «Медины» – в энциклопедическом словаре «Ислам на Нижегородчине» (2007 год).

Население

Известные люди татарской Нижегородчины или их потомки вышли из среды сравнительно небольшого по численности населения. В прошлом оно достигало почти 100 тысяч человек, но с ростом урбанизации численность татар, особенно в сельской местности, уменьшилась вдвое, а согласно итогам Всероссийской переписи 2010 года, в Нижегородской области она составляет 44 тысячи человек. Наибольшее их число проживало в самом Нижнем Новгороде – 13 042 человека, затем идут соседние с областным центром города Дзержинск – 6 446 человек и Бор – 750 человек. В других городах области число проживающих там татар составляет от нескольких сотен до нескольких десятков. В Арзамасе, одном из старейших городов Нижегородчины, это всего 235 человек.

Несколько иначе выглядит картина в сельской местности. В конце 20-х годов ХХ века был образован, т.н. Татарский район, в котором сосредоточилась основная масса татар-крестьян. Но затем власти решили разделить эту административную единицу, и татарские селения оказались в составе разных районов Нижегородской области. Тем не менее, даже сейчас татарские районы легко определить по численности их национального состава. Это районы Краснооктябрьский (8018 или 68,36 % от общего числа жителей района), Пильнинский (4025), Сергачский (3122), Спасский (2009). И лишь в Княгининском и Сеченовском районах численность татар составляет соответственно 318 и 348 человек, поскольку в этих районах имеется лишь по одному татарскому селу Урга и Красный Остров.

«Татарские» районы области состоят из следующих татарских сёл.

  • Краснооктябрьский район: Актуково, Антяровка, Ендовищи, Кадомка, Карга, Ключищи, Красный Яр, Медяна, Овечий Овраг (деревня), Пошатово, Большое и Малое Рыбушкино, Семёновка, Трёхозерки, Уразовка, Чембилей.
  • Пильнинский район: Красная Горка, Новомочалей и Старомочалей, Петряксы.
  • Сергачский район: Анда, Андреевка, Грибаново, Камкино, Кочко-Пожарки, Кузьминка, Пица, Шубино.
  • Спасский район: Базлово, Ишеево (деревня), Тукай (деревня), Татарское Маклаково.

Несмотря на относительную малочисленность татарского населения Нижегородчины, здесь продолжается культурная жизнь и имеются соответствующие организации. Действуют Региональная национально-культурная автономия татар Нижегородской области, Местная национально-культурная автономия татар г. Нижнего Новгорода «Нур», Местная национально-культурная автономия татар г. Дзержинска, общественная организация «Нижегородский центр татарской культуры «Туган Як» («Родной край»)», общественное движение «Татарский культурно-просветительный центр г. Н.Новгорода «Якташлар» («Земляки»)», Нижегородское областное татарское общественно-политическое движение «Мишари-Нижгары», Федерация татарских национальных видов спорта Нижегородской области. В Нижнем Новгороде, Дзержинске и во многих сёлах ежегодно проводится татарский национальный праздник Сабантуй.

Во многих татарских сёлах имеются мечети, дворцы культуры или клубы, а также музеи.

Мечеть

В селе Медяна Краснооктябрьского района на средства Фаиза Гильманова было построено величественное здание мечети «Рашида», в цокольном этаже которой, открыт религиозный музей истории нижегородских татар-мишарей. Многолетними усилиями педагога Абдулвядута Шиапова (Чембилей) одним из первых в районе в здании школы был создан муниципальный общественный музей, рассказывающий о своем селе и Краснооктябрьском районе в целом. Есть музей Кави Наджми в Красном Острове.Теперь мечети, являющиеся духовными центрами, имеются практически во всех сёлах татарской Нижегородчины, а в некоторых их несколько. А своеобразный рекорд принадлежит Сафаджаю, жители которого восстановили или построили целых пять мечетей.

Издаются газеты на татарском и русском языках: в Сергаче – «Туган як» («Родной край»), а в Краснооктябрьском районе – «Сельские вести» («Авылым хәбәрләре»). В Нижнем Новгороде выходит журнал «Нижегородские татары», на сельский юго-восток области вещает радиостанция на татарском языке – «Татар радиосы» («Татарское радио»).

Жизнь и деятельность многих уроженцев и выходцев из Нижегородского края связана с Москвой, где они занимают, по всей видимости, первое место по численности среди татар. Они активно участвуют в общественно-культурной жизни татарской общины столицы, в деятельности Татарской национально-культурной автономии г. Москвы и её структурного подразделения – Татарского культурного центра («Дом Асадуллаева»). Там проводятся разные мероприятия, изучают и совершенствуют родной язык – тема, которая очень беспокоит татарскую общественность.

Нижегородцы, прежде всего красноостровцы, широко представлены в духовных структурах Москвы. Это Председатель ревизионной комиссии Духовного управления мусульман РФ и директор медресе при Московской Соборной мечети Жафяр-хаджи Фейзрахманов, заместитель председателя ДУМ РФ Рафик Фаттахетдинов, начальник департамента безопасности ДУМ РФ и руководитель его Протокола Динар Гайнетдинов, имам-хатиб Московской Соборной мечети Ислам Зарипов и другие.

Следует отметить, что в стороне от нижегородских дел не остаётся московская молодёжь. С целью поиска мишарских корней она создала Сообщество «Генеалогия Нижегородских Татар» в социальной сети «ВКонтакте». Сообществом реализуются оцифровка и индексация (создание легко читаемого рабочего формата) архивных документов, краеведческий поиск, другие проекты по восстановлению реальных фактов из прошлого нашего региона, оказывается содействие в ДНК-исследованиях мишарских деревень Нижегородской области в Лаборатории FTDNA (https://www.familytreedna.com/). Лейла Арифулова (Москва: Красный Остров+Сафаджай), одна из вдохновителей этого движения, приглашает всех желающих присоединиться к Сообществу «Генеалогия Нижегородских Татар» (https://vk.com/tatargenealogy) и к проекту Idel в ФТДНА (https://www.familytreedna.com/groups/tatarlar/about) для сохранения нашего наследия. И это говорит о том, что молодое поколение думает не только о своём будущем, но и стремится восстановить историю своих предков. В добрый путь!

Москва, Орехово-Зуево, Краснай, Сафаджай

Афиша Форум Фото-видео Видеотрансляции
Подписка
на рассылку МТСС
 
 
Поиск по сайту:


Sara monlari


Ural,Tatars,Nuclear

Татар адәдәбияты үзәге

Новая книга






Ссылка на mtss.ru обязательна
при использовании
материалов сайта !

 
 

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!

Назад Наверх